Человечество прошло долгий путь в развитии своих отношений с природой, и на каждом этапе складывалось особое, свойственное именно этому этапу, экологическое сознание. Термином «экологическое сознание» традиционно обозначают совокупность представлений (как индивидуальных, так и групповых) о взаимосвязях в системе «человек — природа» и в самой природе, существующего отношения к природе, а также соответствующих стратегий и технологий взаимодействие с ней.

Именно сложившийся тип экологического сознания определяет поведение людей по отношению к окружающей среде.

Многие исследователи считают, что можно говорить о принципиальных различиях между «западными» и «восточными» обществами. Логика исторического развития «западной» цивилизации, развития ее отношений с окружающим миром оказалась такова, что в общественном сознании прочно утвердилась так называемая парадигма «человеческой исключительности», которая определяет самые различные аспекты мировоззрения. Для нее характерны антропоцентризм, антиэкологизм и социальный оптимизм, которые выражаются в следующих постулатах:

те авторы, говорящие о недопущении навязывания epoche, которое уничтожало бы предшествующий духовный и культурный опыт. Совершенно очевидно, что автономия новых дискурсов и стратегий не могут быть автоматически утверждены за счет отрицания прошлого или его механического переписывания как кодов (следов) для конструирования новой пост-истории и установление нового порядка альтернативных проектов.

Однако мы наблюдаем, что существенную задачу своей философии приверженцы проекта «модерн» продолжают видеть в сохранении за модерном плацдарма, позволяющего отстаивать право на «новизну» перед лицом угрозы узурпации данного права постмодернистским новаторством.

Сегодня, пожалуй, мы вправе с некоторой долей постмодернистской иронии увидеть в постмодерне «традицию», которая в качестве альтернативы картезианству и его проекту «mathesis universalis»,— «предложение» не предлагать «исчерпанные онтологии» законодательного разума.